О ВОЛЕ К АФРИКЕ: НА ПОРОГЕ НОВОГО ПЕРЕДЕЛА??

Игорь СИД
"Русский Журнал" (www.RUSS.ru)
12.11.2001

Анголец! Привет с украинской земли
Горняцкие руки тебе принесли!*
Ю.Дишкант, сентябрь 2001

      Буквально на первых страницах скандального романа украинского писателя Юрия Андруховича "Московиада" (1992; в русском переводе выпущен этим летом отдельной книгой издательством "НЛО") описывается любопытная сцена. Центральный персонаж, культовый западноукраинский поэт, наносит воображаемый визит воображаемому королю Украины в изгнании Олелько Второму (Долгорукому-Рюриковичу). Опуская множество занятных и, очевидно, знаковых моментов, остановимся на одной, на наш взгляд, важной подробности. Мимоходом выясняется, что родился монарх в тропической Африке на вилле "Украина". Факт выглядит "голым", лишенным исторических аллюзий в контексте символических и по большей части пародийных деталей (например: услаждающего короля игрой слепого бандуриста поддерживают под руки двое негритят – читай "арапчат" российской истории, персонажей имперского бытия, к коему положено стремиться всякой уважающей себя "незалежной" державе). За Украиной вроде бы никогда не водилось сколько-нибудь заметного тяготения к черному континенту. Поэтому квази-геополитический штрих кажется, на первый взгляд, авторским произволом, и ему можно было бы не придавать значения, если бы не определенные реалии сегодняшнего дня.

      В сентябре этого года автор данного текста был командирован в Украину посольством Республики Ангола в РФ для проведения Дней дружбы Ангола–Украина. Первый полномасштабный африканско-украинский арт-проект дал пищу для некоторых элементарных умозаключений. Триумф "воссоединения Украины с Африкой", подкрепленный новым "великодержавным" украинским патриотизмом, свидетельствовал о том, что у России появилась горячая и, так сказать, убежденная соперница в любви к странам третьего мира, и в особенности – тропическим. Дружба с черным континентом воспринимается теперь многими в Украине не как реликт советского наследия, а как прерогатива преследовать собственные интересы в глобальном геополитическом поле. Если вдуматься: католическая Ангола действительно может найти больше точек соприкосновения с украинской – особенно, "западенской" – ментальностью, нежели с русской. Бывают просто поразительные совпадения: так, День Вооруженных Сил Анголы и День Военно-Морского Флота Украины празднуются в один день! Более того, по экспертным оценкам ООН Украина и Ангола, наряду с Нигерией и Азербайджаном, входят в четверку самых коррумпированных государств мира.

      Для нас коррупция дело тоже привычное и родное (думается, Россия наверняка замыкает "первую пятерку"), но суть не в предмете, а в субъекте совпадения. По коррумпированности или по компьютеризированности, но с африканскими странами в логической связке все чаще теперь оказывается не Россия, а Украина. Так мы понемногу уступаем украинцам свое "первородство" на право участия в делах Африки.

      Подавляющее большинство африканских стран (кроме разве что ЮАР и Ливии) не имеет посольств в Украине, однако в воздухе уже повеяло некой атлантико-индоокеанской свежестью. Посольства по-прежнему базируются в Москве, но они же представляют собственные страны во всех бывших советских республиках. Ничто не мешает проводить впредь фестивали дружбы с разными африканскими державами в Киеве и других украинских городах. Первый опыт был осуществлен в Днепропетровске, где проживает большая часть ангольцев Украины – студентов и аспирантов Национальной горной академии. И можно не сомневаться, что с активизацией культурных контактов неизбежно начнется диффузия в Украину африканских товаров.

      Назревавший десятками и сотнями лет нарыв российско-украинских противоречий, надрезанный беловежским скальпелем десятилетие назад, слегка запятнал обе стороны и продолжал сочиться до последнего времени. Но сегодня даже трагедия со сбитым Ту-154 не привела к рецидиву зажившего абсцесса. Не рассматривая сослагательное наклонение обратного варианта ("Ну, а если бы россияне сбили украинский самолет?!"), мы должны в общем констатировать, что давний разлад избыт и отношения между двумя странами впадают в русло общеевропейского процесса. Однако на смену коллизиям, связанным с вынужденным совместным проживанием, грядет естественная конкуренция близкородственных соседей. Работа на сервере ежедневных африканских новостей Africana.ru дает автору все больше примеров осуществления успешных украинско-африканских проектов. Достоянием прошлого становится период, когда мы, братские, так сказать, союзные республики, дружно позабыли на целое десятилетие о самом существовании черного континента.

      Все сказанное лишь преамбула к некому мистическому прогнозу, который неизбежно напрашивается при анализе контактов СССР и России второй половины ХХ века с Мадагаскаром. Обращает на себя внимание поразительная частота украинских фамилий на ключевых постах и в важных пунктах культурного сотрудничества. Имя первого директора советского Дома дружбы в Антананариву – Андрей Лапотенко; единственный и бессменный председатель прекратившего свое существование Общества дружбы СССР-Мадагаскар – космонавт Юрий Романенко; первый и пока бессменный директор пришедшего ему на смену российского Клуба друзей Мадагаскара – писатель Игорь Сидоренко; первый представитель АПН на острове – Юрий Олейниченко; последний по времени посол России на Мадагаскаре – Александр Макаренко; советский тренер мадагаскарской сборной по футболу в 80-е годы (и кавалер, между прочим, Ордена "Заслуг перед Мадагаскаром") – Евгений Коваленко; и даже авторы самой солидной русскоязычной монографии по экономике Мадагаскара – супруги Николаенко. А один из двух авторов книжки фэнтези "Остров Русь" (где Киевская Русь буквально переезжает на Мадагаскар) – Сергей Лукьяненко. Список можно продолжить.

      Напрашивается очень простой вывод: этнические украинцы в СССР и России, осознанно или неосознанно, готовят почву для осуществления культурной экспансии на Мадагаскар. (Или же придется неуклюже объяснять феномен неким особым тяготением украинцев к тропикам – чего, однако, не наблюдается в отношении других стран тропического пояса.)

      Для тех, кто не знаком с историей российско-малагасийских отношений, поясним, что оная начинается с так называемой Мадагаскарской экспедиции Петра I, готовившейся им по приглашению пирата Каспара Моргана (тот объявил себя королем острова и просил покровительства у России), но не состоявшейся по причине смерти императора. Впоследствии малагасийская тема в России вытесняется из геополитического в геопоэтическое измерение, что проявляется в невероятном (учитывая, что почти никто из авторов на острове так и не побывал) количестве упоминаний Мадагаскара в текстах классической и авангардной русской литературы – от Константина Батюшкова и Льва Толстого до Юрия Визбора и Василия Аксенова.

      Некое интегральное воплощение таинственного проекта "Украина-Мадагаскар" представлено в уже упоминавшейся "Московиаде" Юрия Андруховича. На первых страницах главный герой, украинский поэт и студент Высших литературных курсов в Москве, вступает в интимную и отчасти магическую связь с темнокожей соученицой по Литинституту. А в финале романа курирующий его московский гэбешник сообщает ему, что девушка является гражданкой Малагасийской Республики. Символическая схема прозрачна и более всего смахивает на пророчество: в самом сердце России мистический полпред Украины овладевает не менее мистической и полномочной посланницей Мадагаскара.

* Зачин пафосного стихотворения, сочинённого к Дням Дружбы Ангола–Украина сотрудницей Днепропетровской Горной Академии Юлией Дишкант.


См. оригинал статьи в "Русском журнале"